Интерпресс
Йошка Фишер, бывший Министр иностранных дел Германии с 1998 по 2005 год, в течении 20 лет был лидером Партии зеленых Германии. № 5 (1219) 16 Фев. 2018 Фактор Трампа и внешняя политика США

В первый год президентства Дональда Трампа ущерб, нанесенный внешней политикой его администрации, оказался значительно меньше, чем все опасались.Несмотря на свою громкую риторику и твиты, прозвавшие Северокорейского диктатора Ким Чен-уна «маленьким ракетчиком», новый Президент США не начал никаких войн, будь то на Корейском полуострове или в Южно-Китайском море. Также, не было никакого конфликта с Тайванем после того, как Трамп поставил под сомнение давнюю американскую политику «одного Китая».

В действительности, вместо того, чтобы столкнуться с Китаем, Трамп, похоже, установил тесные личные отношения с Президентом Китая Си Цзиньпином. Китайские лидеры не могли поверить в свою удачу, когда одним из первых официальных шагов Трампа стал выход Соединенных Штатов из Транс-Тихоокеанского партнерства (ТТП), которое должно было бы исключить Китай и укрепило бы правила западной торговли в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Казалось, что Трамп хотел снова сделать великим Китай, а не Америку.

Более того, Трамп не начал торговую войну путем установления высоких тарифов на импорт со стороны крупных торговых партнеров США, таких, как Китай, Германия и Япония. Несмотря на его отказ пересмотреть ядерную сделку с Ираном, она остается в силе. А долгосрочные последствия его одностороннего решения признать Иерусалим, как столицу Израиля, еще предстоит увидеть.

Надежды Трампа на более тесное сотрудничество с Россией за счет американских союзников также не оправдались, и официальная позиция США в украинском конфликте не изменилась. Безусловно, это во многом связано с решением Президента России Владимира Путина вмешаться в 2016 году в президентские выборы в США, что не позволило Трампу переориентировать американскую политику по России, не вызвав при этом внутриполитическую бурю.

Подобным образом, несмотря на то, что Трамп считал его «устаревшим», НАТО фактически набрал силу и легитимность в течение прошлого года, благодаря наращиванию военной мощи со стороны России и продолжающейся войне в Восточной Украине. Несомненно, европейцам придется больше заботиться о своей собственной защите, чем в прошлом. Но и под президентством Хилари Клинтон ничего бы не изменилось, (хотя послание было бы сформулировано в более дружественных выражениях).

В общей сложности, «взрослые в военной форме» из Белого дома – министр обороны Джеймс Маттис, советник по национальной безопасности Х. Р. Макмастер и глава штаба Джон Келли, – обеспечили преемственность во внешней политике США. И то же самое, похоже, относится к экономике и торговой политике.

Означает ли это, что мир может с облегчением вздохнуть? Конечно же, нет. Над внешней политикой США продолжает нависать большой вопросительный знак в виде самого Трампа. Совершенно непонятно, чего хочет Президент, что он на самом деле знает, и что его советники ему говорят или нет. Последовательная внешняя политика не может противостоять сменам настроения Трампа и спонтанным решениям.

Что еще хуже, сокращение администрации Госдепартамента США ослабило институциональную базу по осуществлению официальной внешней политики до почти критически уровня. А недавно опубликованная Стратегия национальной безопасности Белого дома не более обнадеживающая. В отличие от официальной позиции Америки с 11 сентября 2001 года, теперь в качестве главной угрозы национальной безопасности и миру во всем мире, США будут рассматривать свое глобальное соперничество с Китаем и Россией, а не терроризм негосударственных субъектов.

Итак, оглядываясь на 2017 год, создается впечатление, что хотя внешняя политика США в целом осталась без изменений, она также стала совершенно непредсказуемой. Таким образом, 2018 год, вероятно, станет годом существенно возросших рисков, особенно учитывая напряженность в Персидском заливе и Ливане, войну в Сирии, гегемонистскую борьбу между Саудовской Аравией и Ираном и ядерное балансирование на грани войны на Корейском полуострове.

На Корейском полуострове и в Персидском заливе главная цель должна заключаться в предотвращении ядерного вооружения диктатур, которое угрожает региональной стабильности и преобладающему балансу сил. По мнению экспертов, нельзя сбрасывать со счетов риск военной конфронтации с Северной Кореей или Ираном.

В случае Северной Кореи, которая эффективно работает над межконтинентальной баллистической ракетой, способной достичь континентальной части США, такой конфликт мог бы даже повлечь за собой использование ядерного оружия. Ничто в этой ситуации не вызывает оптимизма, особенно сейчас, когда США возглавляет Президент, которому мало кто может доверять, и чья политика должна быть выведена из путаницы его твитов.

Фактически, фактор Трампа мог бы стать самым важным источником неопределенности в международной политике в этом году. США по-прежнему являются главной державой в мире, и они играют незаменимую роль в сохранении глобальных норм. Если политику Америки трудно предсказать, и если поведение Трампа подрывает надежность правительства США, международный порядок станет уязвимым перед огромными потрясениями.

По мере приближения США к своим среднесрочным выборам в ноябре, будет важно решить, как внутренние политические события могут повлиять на внешнюю политику страны. Если республиканцы потеряют свое большинство в одной или обеих палатах Конгресса, и если Роберт Мюллер, Специальный советник в российском расследовании, представит свои выводы примерно в то же время, тогда Трамп почувствует, что его власть резко подрывается.

Таким образом, критический вопрос на 2018 год состоит в том, что сделает Трамп, если он окажется под угрозой на национальном уровне, в то же время, когда начнется внешнеполитический кризис. Смогут ли «взрослые в комнате» справиться со своими обязанностями? Не нужно быть пророком, чтобы рассматривать предстоящие месяцы со значительным скептицизмом и беспокойством.

 

© Project Syndicate, 2018.

129 Автор: Йошка ФИШЕР